NC-21 | городская мистика, хоррор | США | ноябрь 2016
Годфри - не тот город, куда захочется приехать на экскурсию. В Годфри нет достопримечательностей и дорогих отелей, в Годфри даже школы нет. В Годфри приезжают, когда не находят места для себя в целом мире. В Годфри приезжают прятать своих бесов или же прятаться от них же. В Годфри приезжают те, кого он зовет. Прислушайся, может, он зовет и тебя.

Janosh Novac

Поднимаясь по крыльцу, сплетая подрагивающие паутинкой нити меж ладонями, некромант отнюдь не рассчитывал на тёплый приём.

21.07 доработан и дополнен большой объем матчасти форума, произошли некоторые технические изменения. подробнее в новостях
ЖИВЫЕ: 420 | НЕ МЕРТВЫЕ: 480

Down In The Forest

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Down In The Forest » архив незавершенных эпизодов » 07.10.2016 | ...for they are subtle and quick to anger.


07.10.2016 | ...for they are subtle and quick to anger.

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

...FOR THEY ARE SUBTLE AND QUICK TO ANGER
http://s7.uploads.ru/xIrGD.jpg
The Kills – Black Tar

Ханна МакКинни, Янош Новак

Дом Новака. 7 октября 2016, середина дня. Необычайно солнечная погода, но прохлада ощутима; начинает собираться дождь.

Вопреки стереотипам, маги не всегда ищут учеников; иногда они буквально захлопывают перед ними парадные двери. Обычно получившие поворот кругом просители уходят сразу, но другие... Другие, более редкие (и часто самые талантливые) упрямством своим или прошибают двери насквозь, или ищут окольные пути.
К добру или к худу?
Как сказать.
Но при столкновении непреодолимой силы и несдвигаемого объекта лишним лучше не приближаться.

+6

2

Итак, Новак предпочитал жить на кладбище. Это Ханна понимала еще в первые визиты, когда привыкший к мгновенной подметке всего необычного мозг вырвал из кустов сияющие чернотой глазниц и расходящимися швами различные черепа. Впрочем, ее такое не пугало от слова совсем. Ну нравится ему собирать останки бедных лесных зверюшек, волочить их в сад и вместо выращивания роз придумать себе этакую замену сада камней - пусть. Может это вообще какой-то особый некромантический фэн-шуй. Да что угодно, пока у этого магика есть лицензия на дом, право на справедливое отношение и он не убивает живых - пусть хоть поднимает эти черепки, жонглирует ими или даже смешивает и склеивает в фигурки.
Да, не пугали... до сегодняшнего дня. Вообще, МакКинни как правило мало чего боялась. Пули - больно, смертельно, но чего переживать за зря, когда все равно не сможешь изменить пунктир их полета в свою плоть. Но вот сейчас вся картина представляла нечто мрачное и неправильное. Во-первых, медовая девочка никогда не пролазила без разрешения в чужие дома вне работы и принадлежности к Гектору. Во-вторых, одно дело смотреть на дом среди бела дня, осознавая, что идешь по тропке вместе с хозяевами, другое - испытывать чертову совесть под молчаливым укором пустых глазниц из кустов, ощущая почти кожей опасность того, что с ней сделает некромант, если обнаружит раньше времени или его не устроят его оправдания.
"Ну... проклянет? Порчу наведет? Трупа ко мне под кровать подселит, или что там делают эти некроманты... Это же все мелочи, верно? Хотя да, Майклу с Мэри придется долго объяснять, почему из комнаты попахивает как в гробу"
Выдавливая с губ какую-то неестественную усмешку и покрепче обертывая правую руку в перекрученные ручки полиэтиленого пакета из какого-то там фирменного магазина в соседнем городке, она сделала неуверенный шаг в сторону дома, морща с непривычки нос и стараясь не думать, отчего в воздухе пахнет солью. Такой...дешевой, которую в пакетах продают по несколько центов и потом раздалбливают редко попадающиеся каменья в порошок. Что она тут делала посреди свежего осеннего воздуха - догадок почти не было... ну разве что всякие фильмы ужасов на подобие "Чернокнижника"... тогда может надо было на всякий случай брать гвоздь и молоток, чтобы в случае опасности вколачивать в следы Новака?
- Так, все... спокойнее...Никто не будет никого убивать, верно же? К тому же...Раз уж решилась, то иди до конца, Пчелка, - строго взяла себя в руки помощница шерифа, уже бодрее двинувшись к дому и стараясь не задевать висевшие повсюду талисманы. Мало ли... вдруг те прокляты ни с того ни с сего. - И вообще, он сам виноват. Надо было соглашаться сразу, и не доводить меня до крайних мер. Как будто ему местные не успели рассказать, как я добивалась места помощницы шерифа, как же.
Рука взлетела и подергала ручку задней двери. Плохо, очень плохо. Свои тайны кукловод кладбищенский держал под замком. А ломать дверь и выбивать замок - это дело последнее в ее плане. Прикусив губу и сощурившись, Ханна оглядела дом со своего места и тяжко повздыхала. Итак, вот и выводы: задняя дверь закрыта. Парадная скорее всего тоже. Окна на первом этаже...попробовать? Хотя, куда деваться, и вопрос самой себе был скорее риторическим.
"Бинго!" можно было вскрикнуть на окне под кодовым выдуманным номером два. Именно здесь аккуратный механизм замка был слегка поврежден временем и отсутствием своевременного ремонта, отказываясь подчиняться попыткам его заблокировать и остававшимся в ранге почтенной бесполезной старости ради видимости безопасности. Торжествующе ухмыляясь, полицейская на выходном без труда распахнула ставни, вглядываясь в полумрак помещения и, крякнув что-то от неудобства, подтянулась на подоконнике, просочившись между рамами и спрыгнув на пол. Зазвенела в пакете бутылка, опасливо предупреждая об осторожности. Сама же Ханна с восхищением оглядывала. На кухне она еще ни разу не было. Но чувствовалась заботливая рука младшей Новак и действительно вкус к готовке, которым была бы довольна даже Мэри.
- Интересно, они их добывают по интернету? Или у них целые мешки нажитого в подвале? - задумалась офицер в слух, не решаясь двинуться дальше и блаженно прислушиваясь к запахам в течение минуты, прежде чем тихо скользнуть со своей ношей за дверь. Так, она была тут всего лишь в прихожей и гостиной. И сейчас главное логически угадать, где же чертова библиотека и не напороться на хозяев.

+2

3

Кость в ладони – рёберная, толщиной в основании с его большой палец и загнутая кривой улыбкой-ножом. Крепкая, хорошая и очищенная до белизны вываркой и очисткой, подпиленная и медленно обретающая новую форму. Придирчиво оценив и щелкнув по ней, определяя будущую резьбу и места скруглений и сгибов, Ян прикрыл глаза, настраиваясь на звучащую в кости слышимую лишь ему гул-песню. Атональную, вибрацией уходящей в самый мозг, дающей понять, кому та принадлежала и что может с неё получиться; не простая статуэтка-украшение своего или чужого дома, но талисман. Существуют сотни способов сотворить их, столько же, сколько самих мастеров, но ему – некроманту, сыну хирурга и резчику – послушней и отзывчивей всего оказалась кость, удивительно подходящая не только некромагическим чарам, но и к иному чародейству. Когда-то, обучаясь искусству резьбы, он по неопытности сломал и искрошил столько их, что стыдно было вспоминать. Но каждая попытка, разбитая ли на куски, превращённая излишними стараниями в костяную муку, треснувшая ли от обработки, Ворону давала понять всё больше о природе мастерства. Какая кость требует особого обхождения и хранения, какая пригодней для каких энергий и чар, какая лучше проводит магию, какая требуется форма... Обычно использовал мужчина животные, находя их тут же в лесу, испрашивая или заказывая издали, реже прибегал к человеческим останкам. Однако для нынешнего дела не сгодилась бы ни кость обычной земной, воздушной или морской твари. Человеческая оказалась бы пригодней, долговечней, куда лучше послужили бы кости некоторых представителей нежити.
Но ничто не проводит и не содержит в себе силу настолько хорошо, как останки магиков. Особенно полноценных вершителей. Почему? О, причины имелись, скрывались в незримых обычному глазу и аппарату анатомии, которую не считали существующей, но что не отменяло её реальности. Магики всё же несли в себе незримые отличия, порождённый циркуляциями магической силы отпечаток в своей плоти и костях – и он умел её видеть использовать, создавать талисманы и заготовки для таковых... Кто-то бы в сердцах назвал его расхитителем могил, осквернителем, узрев творимое. И был бы лишь отчасти прав: некоторые прежде были разрыты им из совершенно отчаянной нужды. Но не все. Далеко не все. Какие-то взяты после боя, какие-то выкуплены, какие-то завещаны на смертном одре по данным обетам.
«Мы не в почёте, а работа наша часто неблагодарна, однако же нужда в наших талантах не пропадает. И потому существуют свои договорённости мастеров других дисциплин с нами, заклинателями костей».
Ребро дрогнуло в пальцах. Мысленный образ сбился, песня кости приутихла, оставив краем уха различимый свист ветра, слышимый на улочке, да поскрипывание досок под ногами переминающегося пса, нетерпеливо смотрящего то на улицу, то на нового хозяина – не нужно было быть телепатом, чтобы понять таившееся в тускловатых пёсьих глазах, неугасших и нынче. Впрочем, думалось Ворону об ином.

Об иной, и даже не о Сайе, неожиданно ставшей заметной частью его жизни, важной частью. Мысли стремились к девушке с медовым именем и упорством раззадоренной осы. Ханне МакКинни, помощнице местного шерифа, привлекшей его внимание ещё в пору того дела... и теперь делающей всё возможное, чтобы его вниманием завладеть.
Что ж, на свой лад у неё получилось. Спокойно работать стало решительно невозможно.
Взгляд метнулся к коробочке, перенесённой на чердак со времён прошлого визита и придирчиво изученную. Сигары были знатные – не высший сорт, но близкий к таковому и отличный редкими переливами ароматов. Редко магик притрагивался к сигарам, лишь по особым дням, но их оценил и проверил – настоящие, не подделка. Одни из излюбленных сортов. И как угадала МакКинни с подарком?..
- Догадываюсь, впрочем. – Пробормотал мужчина, не обращаясь ни к кому в особенности. Подошедший грузным шагом пёс положил ему тяжёлую морду на колени, издав странный скрипящий скулёж. Ему хотелось гулять и новое состояние его отнюдь не умаляло инстинктов. Одно хорошо – мокрой псиной пахнуть в доме не станет. Пёс на слова не отреагировал, лишь заскулил, и Ян почесал его за ухом. На ощупь тот был прохладен, но чего ещё ждать от анимата? Однако на ласку тот был отзывчив, как при жизни, и это-то душу грело. - Кто-то не умеет руки и мысли при себе держать... Да, Софьюшка?
Подарок подарком, а МакКинни вновь получила буквальный от ворот поворот. Магик... да, она была магиком, неопытным и необученным; в ней бился сырой нетронутый потенциал и неплохой, насколько мог судить опытным глазом некромант. Могло выйти нечто весьма путное. Однако девица с характером осы решила выбрать путь некроманта и напроситься в ученицы ему! Напрашивалась до сих пор, начав с выжиданий под окнами и закончив недавней "взяткой". Она, Ханна, могла стать некромантом, глупо было спорить. Действительно могла. Откликающиеся немногим силы смерти отозвались её неумелым и неотточенным прикосновениям – как же силён был укол накатившей сладкой ностальгии и болезненной горечи в самое сердце – но учить...?
«Даже Софью я опасался научить азам. Но в ней нет подлинного таланта. Она едва смогла анимировать и голубя. МакКинни... сможет. И не только его».
Но как учить после всего, что было?
- Ханни-оса... – Вставая и потягиваясь – позвонки хрустнули, вставая на место – Новак отложил кость и взвесил коробочку с сигарами в руках, направляясь к ведущей с чердака вниз лестнице. Пёс, вывалив синеватый сморщенный язык, потрусил за хозяином. – Возможно... возможно. Там видно будет.
«Если правильно ответишь на вопрос. Может быть тогда... Может, не повторится позора».
Лестница с громким стуком о деревянный пол второго этажа, опускаясь, и мужчина с мёртвым псом спустились по крепким скрипящим ступеням. После напряжённого труда хотелось ополоснуться, сменить одежду на что-то более подходящее домашней обстановке. Быть может, даже посидеть с сигарой в библиотеке под звуки грампластинки, пока будет резвиться снаружи новый страж дома, думая о разговоре с настырной, назойливой, раздражающе упрямой и перспективной магички.
«Надо перенести часть трактатов с полок обратно на чердак. Там им сохранней будет и самое место. Но сначала – душ. А затем... Телефон МакКинни у меня хранится. Не думаю, что придётся долго ждать».
- Орфи. – Пёс поднимает голову, выжидающе смотрит и не торопится отходить. На самом деле его имя прежде было Арти, но переиначить имя было лучше, показательней. Бывший сторожевой пёс был верным и при жизни, а после безвременной кончины своей, чувствуя связь с некромантом, отходить без приказа вовсе не торопился. Хотя явно скучал иногда по прежнему дому, но... что тут было поделать. – Иди в сад погуляй, погрызи косточки. Давай.
Потрепав молчаливого и умного пса по загривку, гулко утопавшего в сторону лестницы, Ворон направился в ванную, на ходу раздеваясь и готовясь смыть с себя пот и налёт костяной пыли. С косторезным ножом, впрочем, он по пути не расстался, даже сбросив исподнее.
Что-то непонятно тревожило и принуждало к осторожности сейчас, в собственном доме.
«Надо бы обновить и проверить обереги. Если что вдруг, заодно проверю Орфа в деле. Пёс он не злой, но сторожем был хорошим и потрепать-задержать может; чай не зря его совершенствовал...»
...Яну, отвлекшемуся под шум и напор воды, невдомёк было, что спустившийся с лестницы пёс, поскрёбшийся в запертую дверь, вдруг навострил уши, различив нечто чужое в ставшем ему уже знакомом доме. Заменявший мёртвому псу сердце кусок резной кости забился, гулко и слышимо, точно удары набата. Приподнялась чёрная верхняя губа, обнажая набор клыков, излишних даже для хищника. Пёс принюхивался, шумно и сипло, расправляя слегка усохшие лёгкие, раздувая чёрные ноздри.
Чуял чужака, но пока не рычал. Искал. И делал первые шаги.

Отредактировано Janosh Novac (2017-06-02 10:18:26)

+3

4

Натянув пакет на запястье и закрутив его так, что ручки стали эффективной удавкой, сдавливающей кожу по окружности при каждом неловком шаге, Ханна медленно кралась по темному помещению кухни вперед, туда, где когда-то уже находилась. Гостиная была самым лучшим местом, чтобы начинать поиски библиотеки. В конце концов, там более четче вырисовывалась уже примерно сложившаяся из предположений мысленная карта дома. А с ней МакКинни могла чувствовать себя более уютно и не так смущенно. Хотя чувство совести все еще где-то грызло внутри, и вряд ли успокоилось бы в ближайшие несколько дней даже под натиском алкоголя. Но упрямство - это основная черта Ханни. И останавливаться было поздно.
Несколько шагов в темноте коридора благодаря привыкшему к мраку зрению были удачны. Она почти ничего не задела ни ногами, ни плечом. Бешено колотящееся сердце почти пришло в нормальный ритм, стоило оказаться возле следующего дверного проема с закрытой дверью. Звуков за деревянным препятствием не обнаруживалось. И пусть это не гостиная, пусть! Но ведь и не спальня? Может, здесь и хранятся те самые важные секреты, пыльные книги, при прочтении нескольких страниц которых она наконец-то ответит себе на постоянно разрывающие голову вопросы о том, кто она есть и почему она такая.
Аккуратно приоткрыв дверь и тут же прикрыв ее за собой, Ханна немного пожалела, что не взяла с собой фонарик. Ну не предугадала она, что полки, во мраке идентично походившие на книжные встретятся ей куда раньше, чем недовольное лицо их хозяина. Все походило на фантастический сон, слишком удачный, чтобы быть настоящим. И тем не менее оно было! Было, потому что щепки тонкой человеческой кожи все таки приносили боль, а взгляд на собственную не занятую ношей руку был четким и сфокусированным. Кажется, там что-то еще говорилось про свет? Ах да! Вот и включатель!
Свет лился ровно, свет был натуральным электрическим. И значит это и взаправду библиотека. Кожаные и тканные корешки со всевозможными тиснениями и шрифтами из имен авторов и названий. И ни одного налета пыли. Если бы Янош действительно стоял бы здесь рядом и воспринимал гостя желанным, то МакКинни непременно расплылась бы в комплиментах перед его умением содержать столько книг в порядке. Маленькая зазнайка-энциклопедистка все еще жила внутри черепной коробки, как кусочек отброшенной материи, которая оказалась лишней для кроя в новую жизнь. И сейчас эта девочка проснулась, в ликовании задирая голову, вертя ей и по-детски восторженно улыбаясь.
- Шекспир... не то. Кант. Фейхвагнер... Кьеркегор. Что за имя такое? Ладно... о нем я слышала... - бормотала она себе довольно под нос,  с маниакальным довольством наркомана проводя подушечками паьльцев по корешкам.
Исходя из логики, искать надо было то, что точно не знакомо ее памяти. Неизвестные мировой литературе и науке фамилии. Странные названия. Вот только вся беда была в том, что подозрительно незнакомые имена сплошь состояли либо из незнакомого языка, либо из незнакомых символов, которые только с третьей попытки складывались в латынь или что-то подобное. А все знания латыни в головушке полицейской заканчивались только на выписках из "Государства и Права". Но... упорному все моря по колено! Книжки с явно не английским происхождением тут же были собраны в кучу на столе. Массивная бумажно-кожанная гора даже слегка пугала саму Ханну. И давала понять, что за раз она даже на родном языке все проверить не смогла бы.
А что, если...
Рука потянулась к мобильному телефону в кармане, тут же включенному и разблокированному. Вот и все, шах и мат, условности. Если у нее недостаток времени, то она способна еще сделать ход своим конем. И вместо долгого опасного засиживания в хозяйском кресле просто сфотографирует страницы. Чем больше, тем лучше. И переводом можно будет заняться уже дома, сбросив все на жесткий диск. Коварно усмехнувшись и раскрыв самую верхнюю книгу, Ханна сделала первые два нажатия на заветную кнопку, довольная как никогда собственной идеей и вошла во вкус...

+3

5

Создание по-настоящему хорошего охранника затребовало немалых сил и ресурсов от некроманта – не одного дня проведённого на чердаке, в очередной раз превращённого в операционную и лабораторию. Бесчисленное количество операций над телом отравленного пса, и при жизни отличавшегося мощной статью, павшего жертвой подлой отравы – Орф до сих пор чувствовал фантомные боли в животе, не до конца понимая с ним произошедшее – существенно изменили анатомию животного. Переделанные сухожилия, пересаженные и перекроенные мышцы, укреплённые зельями и встроенными штифтами и скрепами кости, изменённые или вовсе удалённые и заменённые чем-то другим органы, разнообразные дополнения... Мастифф был не только охранником для Ворона, но и экспериментом – на данный момент личным шедевром анимации в стадии разработки. А ещё, внезапно, стал любимцем. Арти, переименованный любовно в Орфа, большой и дружелюбный пёс, сохранил свои качества и после смерти; вмешательство Софьи в разум зверя помогло привязать его верность к новым людям и новому месту куда надёжнее. Движимый не одной лишь волей некроманта бездумный автомат, но автономный и умный охранник. Страж, при жизни своей предупредивший не одно ограбление, пробовавший кровь и гнавший чужих со своей земли, от любимых хозяев...
Иногда он порывался вернуться в прежний дом, в прежнюю конуру и детям прежнего Хозяина, но всё больше привязывался к этому дому и странным новым Хозяевам, привыкал к новому состоянию. Однако до сих пор не притрагивался ни к еде, ни пище, с прежним удовольствием разгрызая лишь крупные кости.
Здесь был его новый дом и новая земля.
Пёс знал его и научился любить и чувствовал себя лучше, чем прежде, хотя и не как раньше. Лишь не знал, как выразить, и периодически скулил, особенно остро ощущая разницу. Но то было редкостью.

И вот сейчас привычно почуявший чужака на своей земле пёс – не столько обонянием, ставшим для него похуже, но чем-то родственным и изменённым, позволившим зверю чувствовать магические колебания подобно запахам – двигался за ним, чувствовал прежние инстинкты. Он шёл не торопясь, гулко нюхая и сипло вздыхая, и доски прогибались и потрескивали под лапами отяжелевшего после всех процедур пса; сто пятьдесят килограммов и тяжесть тела в первое время требовали адаптации, но Орф привык и справился, двигаясь нынче с медлительной грациозностью. Сосредоточенный на запахе и чутье, пёс направлялся в сторону библиотеки, нюхая следы и, насколько мог, улавливал: чужак здесь один и он пришёл со стороны окна, и он шёл туда, где его можно было припереть к стенке и позвать хозяина, что в данный момент не слышал ничего. Ему всё глушил гулкий шум текущей по трубам воды и воды. Зевнув, Орф облизнулся непривычно сухим языком и с ворчанием ускорил бег в сторону чужака, скрытого за поворотом, за следующей дверью; насколько смог распознать пёс запахи и звуки, тот понял, что его обнаружили и испугался. Запах раздразнил пса и тот, разбежавшись, оттолкнулся от пола и прыгнул лапами вперёд. Удар пришёлся прямо в середину двери, с грохотом выбив её в обратную сторону и впечатав кусок древесины в стену. Полетели щепки, а вслед за треском дерева раздался сдавленный крик вскочившего на стол чужака-женщины.
Чужой. Чужой! Подступая ближе к столу, огромный пёс выглядел ещё больше из-за вставшей дыбом шерсти; приподнятая верхняя губа обнажила кончики неестественно внушительных клыков, а открытая следом в молчаливой угрозе пасть обнажила таившийся в глубине пасти второй ряд зубов – самых разных и не только собачьих, но призванных рвать и раздирать. А пасть всё открывалась и открывалась, преодолев естественный для животных и живых созданий предел... Однако принюхавшись и присмотревшись к человеку – к женщине, чудной, но определённо знакомо пахнущей женщине –   Орф призадумался, не переставая настороженно смотреть и не смыкая пасти в угрозе. Он знал её запах, чувствовал его наверху, и прежде она бывала в доме.
Хозяин. Звать хозяина!
Лёгкие Орфа работали нынче иначе, однако тот по-прежнему умел лаять и выть, предупреждать и звать. Нынче, просто, это потребовало "разгона": первые звуки вышли кашляющими, сухими и неровными, но вскоре вой анимированного мёртвого пса, надсадный и откровенно страшный, дребезжащей ухающей сиреной ввинтился в воздух, играючи прорезая все прочие шумы. Всё это время суховатые блеклые, мертвенные глаза, почти невидимые за спадавшей на них шерстью, неотрывно буравили пришелицу и каждое её движение.
Только дёрнись, говорили они.

* * *

Полная горячей воды ванная расслабляла лучше всего, позволила отмокающему в ней Яношу, редко позволяющему себе подобное, расслабиться. Тревожные мысли сумели в итоге утихнуть, покинули голову и оставили после себя блаженную тишину и мерный шум воды. Требовалось освободить мысли, очиститься телом и духом, возможно даже выкурить сигару потом и лишь тогда... лишь тогда следовало думать о возможном ученичестве, об обучении некромантии.
«Боги бессмертные, как давно я полноценно брал в ученики нового некроманта... Софья не в счёт, она не некромант, но другие... Скольких пришлось отправлять обратно или отказывать. В том году было пятеро просителей. Думал, хоть здесь будет тишина... но эта дамочка упорна. Весьма».
С плеском воды Ян откинулся, прислоняясь спиной к ванной и запрокидывая голову назад. Тепло проникало в самые кости и приятно касалось шрамов, успокаивало старые травмы. Вытащив руку, осматривая блеснувший тёмно-гранатовым отливом знак некроманта на предплечье, осматривая его как в первый раз, после нанесения, Ворон вздохнул. Решить – решиться – было непросто. Никто не знал доподлинно, отчего он перестал обучать других. Даже дочь, Софья, даже собрат, Дитц. Он и не торопился говорить. О позоре ведь не говорят и не поминают там, где могут услышать чужие уши.
Ворону и вовсе не хотелось помнить, потому-то он привычно отгораживался от памяти, пока кто-то невольно не бередил её. Но сейчас... возможно, стоило перестать отстраняться. Девица была до раздражения талантлива, такую грешно упускать. Но прежде нужно было вызнать её мотивы. Без того, без честности, она могла даже не рассчитывать на обучение.
- А сигары хороши, ох, хороши... – медленно сползая обратно под воду и отрешаясь от всего пробормотал мужчина.
...Прорвавшийся сквозь шум бегущей воды дребезжащий и ухающий вой Орфа ожёг тело Ворона плетью, заставил пулей выскочить из воды и схватиться за лежащий рядом нож. С руганью вылезая из ванной, обтекая и ругаясь, некромант прислушался к связи с Орфом, проверяя его состояние... Нет, пёс был в порядке и неподалёку, судя по ощутимому расстоянию, находился примерно в библиотеке. Недоумевая и напрягаясь – неужели кто-то проник в дом – Янош наспех обтирался полотенцем при помощи лишь одной рукой; другая всё никак не выпускала ножа, чьё лезвие подёрнулось дымкой и утратило прежнюю чёткость очертаний. С пальцев и лезвия буквально рвались проклятия.
«...одеваться ли? Впрочем, подождёт. Дело, возможно, срочное». – С этими мыслями, замотав и надёжно закрепив на бёдрах доходившее до колен полотенце, Янош быстрым шагом устремился вниз, оставляя за собой влажные следы. Прислушиваясь по пути вниз, замечая, что Орф воет определённо из библиотеки – и с неприязненным удивлением слыша чей-то чужой голос – некромант замедлил шаг.
Нет-нет, он ошибся, голос был ему знаком. Определённо знаком, во что верить одновременно и не хотелось, и почему-то заставляло рваться наружу ироничный смешок.
«Ты вообще знаешь, когда останавливаться? Я-то думал, слухи врали».
- Орф, сидеть! Фу! – Ещё на подходе в библиотеку окликнул мужчина. Невыносимый вой мигом оборвался, сменившись нетерпеливым ворчанием пса, а голос (в очередной раз незваной) пришелицы смолк следом. Осторожно ступая босыми ногами по полу и обходя щепки на входе в библиотеку – ущерб выглядел довольно приличным, дверь следовало сменить, вздохнул Ян – мужчина устремил изучающий взгляд на Ханни, застывшую на столе словно статуя.
Ханни, осу, уже несколько дней как ставшей занозой в одном месте.
«Слухи про дом шерифа определённо не врали. Безрассудства у тебя не занимать. И как только пробралась...?»
- Просвещаемся, МакКинни? – Прислонившись к дверной раме голым плечом, Янош пристально воззрился на девушку, водружённые на стол тома и телефон в её руках... одна из которых была замотана в полиэтиленовый пакет? Нет, глаза не обманывали. Похоже, так она намеревалась избежать отпечатков.
«Умно. Ей повезло, что я не накладывал защиту на книги; до поры конечно... Пакет тогда не защитит. Пальцы наверняка пришлось бы отнимать. А зачем телефон...? Ах, да. Фотоаппарат. Всё время забываю».
- Могли бы приобрести читательский билет. Взлом и проникновение – признак дурного тона. Верно, Орф? – Повинуясь призывному жесту, сомкнувший страшную пасть пёс подошёл и ткнулся лобастой головой в подставленную ладонь некроманта. Почесав грузно севшего на пол зверя, Ворон вцепился взглядом в Ханну МакКинни. В серых глазах не осталось и проблеска юмора. С волос и кожи капала вода.
- Итак... Чем обязан визиту, мисс?

Отредактировано Janosh Novac (2017-07-09 13:25:44)

+2

6

Буквы, запятые, бесконечная череда печатных шрифтов, и монотонные движения руками. Пальцы левой - перелистывают страницу за страницей, правой - жмут на одну единственную полезную кнопку на мобильном телефоне. Она, возможно, запоминала бы, старалась уловить смысл и суть, загнанную под фарзац, спрятанную между ровными печатными строчками. Но Ханни отбросила эту идею. Слишком долго, к тому же языков она действительно не знала, а мозг занят был немного иным процессом мышления. Погрязшая в легком волнении и паники, МакКинни изначально не знала, что будет, если ее обнаружат. План, казавшийся слишком простым, был не продуман. Единственное, к чему она была готова - это вовремя смыться, оставив после себя в благодарность злосчастный пакет. Глупая затея, конечно, и чрезмерно идиотская, если говорить точнее, но в момент долгих бессонниц именно она казалась ей красивой и честной. В конце концов, замечательный способ и открыться в тайне визита и извиниться одновременно.
Слишком поглощенная процессом, Ханни не успела услышать шумы за дверью. Потому выбитая оная дверь оказалась полной неожиданностью, заставившей тихо вскрикнуть и выпустить из рук очередной потрепанный том, издавший при падении грохот, который почти приравнивался к тому шуму, что издал незнакомый пес при входе.
- Хор... хорошая собачка! - вскрикнула полицейская, тут же вскакивая на стол и панически оглядываясь по сторонам в поиске средств хоть какой-то защиты от злобного зверя.
Вскоре назвать "это" собакой вообще было невозможно. Хватило только начала метаморфоз с челюстью, чтобы осознать, псину зверь напоминал только внешне. Сглотнув, МакКинни собрала всю волю в кулак, чтобы не отвернуться. В случае, если тварь захочет прыгнуть на нее, нужно быть во все оружии, которого нет и реакции, которая заглушена внутренними мольбами к хозяину дома скорее явиться. Секунда шла следом за другой. Когда Ханни последний раз моргала - она не помнила, но повторять сие действо точно не собиралась. Кажется, в прошлый раз, стоило ей на мгновение сомкнуть веки, как "псина" однозначно приблизилась! Или это игра света? Не важно! А еще пародия на животное как-то слишком опасливо рычала каждый раз, когда от дрожи, бьющей МакКинни шелестел пакет, намотанный на руку. Лучше бы продолжал душераздирающе выть... громче, не прерываясь.
"Янош, мать твою, ну где ты? Или как там его дочь зовут?"
Кажется, еще минут десять назад она радовалась невниманию хозяев к собственной персоне. И что теперь? Сама молила их оказаться прямо тут, поймать ее с поличным, лишь бы монстр с этими убойными челюстями не решил раньше времени, что проголодался, или того, что человечина - достаточно хорошее лакомство. И почему она пистолет не дадумалась взять? Хотя... куда бы она выстрелила? В тварь? Янош бы ее потом явно пустил на опыты, или чем там еще некроманты занимаются с проникнувшими без разрешения копами?
- Я не вкусная, дружок... - дрожа, вновь обратилась она к собаке, аккуратно поднимая сотовый к лицу в надежде, что успеет вызвать хоть кого-то, пока не случилось страшного.
- Орф, сидеть! Фу!
Манна небесная снизошла сверху! Этот голос точно принадлежал мистеру Новаку. Плечи расслабились, а рука с телефоном плетью упала и повисла вдоль тела, пока Ханни успокоившись, выдохнула скопившееся напряжение. Однако, рано. Стоило появиться в проеме самому хозяину, как паника вернулась, заставляя в очередной раз вытянуться по струнке и застыть, опасливо косясь на нож в руке магика. Слишком спокойно он выглядел для человека с оружием, в чей дом проникли. И вот такие спокойные на ее памяти как раз и пользовались правом на убийство незадачливых воров. Но...Новак же ее не убьет, верно?
"Сделает что-то по-хуже, наверняка..." - мрачно поняла она, скользя взглядом ниже. И даже краем сознания готова была пожать ему руку. Сама она вряд ли обошлась выговором, если бы ее вытянулись посреди водных процедур из теплой пенной ванной.
- Просвещаемся, МакКинни?
Пару раз рассеянно кивнув, она аккуратно, не делая резких движений спустилась со стола, снова вернувшись глазами к "Орфу" и опасливо морщась.
- Могли бы приобрести читательский билет. Взлом и проникновение – признак дурного тона. Верно, Орф?
И что ей ответить? Поймана с поличным, на месте преступления при горячих уликах. Пакет досадливо зашелестел в ее руке, отзываясь на раздраженное сжимание руки в кулак. Не так, не так она представляла эту встречу, грезя о ее возможностях. Как минимум, в планы МакКинни не входил чертов Орф и визгливые запрыгивания на стол. И тем более, преждевременное нахождение.
- И я рада видеть вас, мистер Новак, - напряженно выговорив, девушка снова кивнула, не решаясь двинуться от стола к выходу.
- Итак... Чем обязан визиту, мисс?
Глупый вопрос. Кому, как не чертовому поляку знать, для чего вообще это может быть затеяно. В конце концов, она достаточно недвусмысленно намекала ему прямыми просьбами в лоб о том, насколько ей нужен наставник. Так что не додуматься до причин сегодняшнего визита он мог разве только по причине полного отсутствия мозга. А мозг у поляка был, и незаурядный. Выловив на себе цепкий взгляд, Ханна даже побледнела, не в силах смотреть на него и отвернувшись к книгам. Будто непонятные слова чужих языков придумают за нее достойный ответ.
- Видите ли... Вы столько раз закрывали передо мной  парадный вход, что я решила найти запасной выход, - смущенно пробормотала она первое что пришло в голову, и тут же закусила губу. Черт, нашла время, когда и перед кем чушь молоть. Вот сейчас его нож вжик по шее, а кровь на опыты стекающую... и какая разница, какой там вход открыт и закрыт. Покачай головой и сетуя на свою глупость, она выдавила какую-то отвратительно наигранную улыбку и выставила вперед пакет. - Шучу, на самом деле, мистер Новак, я ездила в город и решила устроить вам сюрприз, вспомнив о ваших вкусах. Дверь была открыта, и я решила подождать вас в библиотеке. Ну и дабы не уснуть от скуки - села рассматривать картинки в книге.
Новак легко мог распознать ложь, Пчелка это понимала. Однако отвлечь его на пакет ведь не настолько плохая идея, верно? Может, к дару ее сочинительства он в таком случае подойдет более мягко.

+1


Вы здесь » Down In The Forest » архив незавершенных эпизодов » 07.10.2016 | ...for they are subtle and quick to anger.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC